Никаэль (nika_el) wrote,
Никаэль
nika_el

Categories:

"Shooting dictators is great fun"

— так писал в своих мемуарах американский фотожурналист Джеймс Эбб, знаменитый тем, что в 30-е годы прошлого века фотографировал практически всех тогдашних диктаторов — Гитлера, Сталина, Франко, Муссолини...

 

В 1932 году Эбб отправляется в Москву. Это не первая его поездка в Советский Союз, но если в прошлый раз его задачей было познакомить американского читателя с театральной жизнью страны, то сейчас он поставил перед собой цель, которую многие справедливо считали недостижимой.

«Сфотографируй мне Гитлера выходящим из синагоги, - шутливо подначивал Эбба редактор берлинской газеты, - а потом езжай в Москву и сфотографируй Сталина в Кремле, если ты действительно такой великий фотограф». «Хорошо, - отозвался Эбб, - я, пожалуй, начну со Сталина».

И вот Эбб в Москве. Из окна своего гостиничного номера он сверлит взглядом башни Кремля на другой стороне реки. Всего несколько сотен метров до цели, но сколько препятствий! Надежды, которые Эбб возлагал на руководителя московского бюро Нью-Йорк Таймс Уолтера Дюранти, не оправдались.

«Чем вы зарабатывали на хлеб, - поинтересовался журналист, - прежде чем сделали своей профессией фотографирование Сталина?»

Эбб вкратце изложил свою трудовую биографию.

«Не могли бы вы вернуться к прежней работе?» - мрачно закончил беседу Дюранти.

Вероятно, Эббу пришлось бы возвращаться ни с чем, но ситуацию в корне изменила попавшаяся ему на глаза статья в Берлинер Тагеблатт: «Сталин болен — состояние его здоровья стремительно ухудшается — немецкий специалист спешит в Кремль».

Не было никаких сомнений, что это «утка», но подобные слухи не могли не сказаться на и без того нестабильном положении страны на международной арене. Эбб увидел в статье свой единственный шанс и с газетой в руках поспешил в министерство иностранных дел: «Вы можете велеть сотне советских фотографов сделать портрет Сталина и послать эти снимки за границу, но никто не поверит, что глава государства совершенно здоров, они скажут, что все это большевистские трюки. Но если мне, американцу, будет позволено фотографировать...»

В Кремле идею оценили по достоинству. Посредником в переговорах выступил все тот же Уолтер Дюранти. В его глазах Эбб был уже не надоедливым просителем, но звездой на пороге триумфа.

Договоренность была достигнута, прием у вождя назначен... 13 апреля 1932 года. Джеймс Эбб в сопровождении сотрудника МИДа Хайнца Ноймана отправляется в Кремль. На пути к заветной цели нужно еще пройти многочисленные кордоны, недоверчивые взгляды, обыски, убедить бдительных охранников, что в сумке фотографа — оборудование для работы, а не орудия убийства.

«Почему он хочет фотографировать меня? - спрашивает Сталин и, не дожидаясь ответа, уже самому Джеймсу, - Быстро, быстро!» Профессиональная честь фотографа была задета. Эбб среагировал импульсивно, заявив, что пяти минут недостаточно, чтобы сфотографировать человека, который разработал пятилетний план индустриализации страны. Сталину эти слова понравились, и он предложил для съемок десять минут, которые в конечном итоге вылились в двадцать пять.

Был один щекотливый момент, когда Эбб, усадив Сталина и установив штатив, обнаружил, что нет видоискателя — он остался в соседней комнате. Испуганный фотограф рванул за недостающим устройством: «Почему меня не застрелили как преступника при попытке к бегству, я не знаю до сего дня. Но прежде чем кому-то пришло это в голову, я схватил видоискатель и был снова в кабинете Сталина».

Съемка прошла гладко: Сталин общался с Нойманом, а мастер тем временем делал свою работу. Эбб обещал вождю прислать фотографии и получил разрешение на публикацию снимков без предварительного согласования.

Уже снаружи Эбб спросил у Ноймана, не допустил ли он каких-нибудь ошибок. «Были моменты, - отозвался Нойман, - когда я почувствовал себя несколько неуютно».

    



При подготовке этого текста я пользовалась немецким переводом мемуаров Эбба. Кстати, об имени. Я совершенно не уверена, что правильно его транскрибировала. Abbe — русскоязычный интернет предпочитает вариант Аббе, который меня смутил. Эбб и Эббе встречаются одинаково редко. Кто знает, как правильно? Если что, я готова исправить и здесь, и во вчерашнем посте.

Tags: история в лицах
Subscribe

  • Сладкая жизнь

    Стоимость одного раба на сахарной плантации окупалась максимум в течение шестнадцати месяцев, поскольку рабы стоили дешево, а сахар — совсем даже…

  • Женщина с фотоаппаратом

    В наши дни женщиной с фотоаппаратом никого не удивишь, но бывали и другие времена... Помните, я рассказывала когда-то об Аннелизе Кречмер, «новой…

  • Einbeck VI: Штукенброк

    Когда я впервые увидела эту скульптуру — не в яви, а на фотографии, да еще на маленькой,— мне показалось, что она изображает... бомжа с…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 36 comments

  • Сладкая жизнь

    Стоимость одного раба на сахарной плантации окупалась максимум в течение шестнадцати месяцев, поскольку рабы стоили дешево, а сахар — совсем даже…

  • Женщина с фотоаппаратом

    В наши дни женщиной с фотоаппаратом никого не удивишь, но бывали и другие времена... Помните, я рассказывала когда-то об Аннелизе Кречмер, «новой…

  • Einbeck VI: Штукенброк

    Когда я впервые увидела эту скульптуру — не в яви, а на фотографии, да еще на маленькой,— мне показалось, что она изображает... бомжа с…